Про рекордный урожай — 2025 трубить в фанфары рано? Сколько зерна на самом деле собирает Россия

В этом году уборочная кампания, несмотря на все катаклизмы, оказалась уж больно радужной. Минсельхоз объявил о валовом сборе зерна в бункерном весе, превышающем 135 миллионов тонн (в чистом весе 133 миллиона). Это на 9 миллионов тонн больше, чем в прошлом году. Основной причиной столь успешного сезона чиновники называют существенное увеличение средней урожайности — почти на 15% по сравнению с прошлым годом.

Большинство аналитиков, опрошенных агентством «Интерфакс», ожидают, что в будущем году такие рекорды и близко не повторятся. Урожай пшеницы, например, прогнозируют в диапазоне от 85,5 до 88 миллионов тонн. Пессимистичный сценарий при плохой погоде в зернопроизводящих регионах (Кубань, Ставрополье, Дон) может опустить планку до 82 миллионов тонн. Трейдер «Доставка морем» вообще говорит о том, что в стране сокращаются посевные площади пшеницы, которую аграрии заменяют на коммерчески более привлекательные культуры. Увы, пшеница к таким больше не относится… Подробности — в материале MSK1.RU.

«Поставлять макароны из Китая — опасная тенденция»

Снижение закупочных цен на зерновые культуры приводит к падению доходов хозяйств, ставит под угрозу их рентабельность, лишает возможности инвестировать в развитие и даже грозит массовыми банкротствами. Вице-президент фермерской ассоциации АККОР Ольга Башмачникова считает, что государство должно предпринять решительные действия для спасения отечественного сельхозпроизводителя.

Производители оказались зажаты: снизу подпирают растущие затраты (на топливо, технику, удобрения), а сверху давят падающие закупочные цены.

«Если фермеры держатся за землю и образ жизни и изо всех сил пытаются сохранить сельхозпроизводство, то крупный инвестор, если ему не выгодно, просто уходит. При этом рост импорта — это видимое благополучие, поскольку страна усиливает свою зависимость. Сегодня международный тренд — всё, что могу, произвожу сам. И поставлять макароны из Китая — в перспективе опасная тенденция. Это мы можем производить сами. Так же как и сливочное масло. Но для этого условия экономические для производства внутри страны должны быть приемлемые, в том числе — а может, и в первую очередь — для малого бизнеса, фермеров», — говорит Башмачникова.

На съездах и советах АККОР постоянно поднимает вопросы поддержки фермеров. Среди них: доступность субсидий, эффективное агрострахование, государственный контроль цен на ресурсы. Также важно стимулировать зерновой рынок и обеспечить государственные закупки зерна в интервенционный фонд по оптимальным ценам с возможностью хранения на складах самих фермеров, что снизит их затраты и поддержит ликвидность.

«Ситуация вызывает сомнение в официальных цифрах»

А вообще, стоит ли верить тем цифрам из официальных отчетов, которые публикует Минсельхоз? В анонимных, но популярных телеграм-каналах всё чаще звучит скепсис: как, мол, так — погодные аномалии были рекордными, а при этом и урожай огромный.

«Конечно, считается у нас всё нечетко. Но узнаем мы об этом, насколько достоверными были данные, только весной. Ну возьмем, скажем, ячмень. Декларируется, что собрано почти 20 миллионов тонн против 17 миллионов прошлогодних. Но рынок реагирует на это количество странным образом: экспорт вдвое снизился по отношению к прошлому году. При этом цена на ячмень растет, и он стоит дороже пшеницы. Как-то странно это выглядит: ячмень всегда стоил дешевле пшеницы, а сейчас стоит дороже», — говорит MSK1.RU президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский.

Злочевский считает, что одним из объяснений такого ценового парадокса как раз может быть то, что никаких 20 миллионов собранного урожая ячменя нет. Либо есть некие иные факторы: скажем, потери урожая на юге оказались компенсированы другими регионами, включая Поволжье, Центральную Россию и даже Урал и Сибирь.

«Ситуация с ячменем вызывает сомнения в официальных цифрах. Все ориентируются на информацию из официальных источников, но сигналы, которые дает рынок, лично меня настораживают. Кроме того, официальная информация раньше была открыта и публиковалась в разных источниках, мы могли ее легко получать. Сейчас она очень ограничена в распространении», — говорит Злочевский.

Весной, уверен эксперт, удастся наконец-то понять, «нарисованные» цифры урожая или нет. Если цифры реальные, то цены останутся на низком уровне. А если фейковые — то цены пойдут вверх, поскольку все излишки к тому времени будут просто съедены, а экспорт активизируется. Соответственно, на фоне ограниченного предложения и растущего спроса не останется иного выхода, кроме как повышать внутренние закупочные цены.